Раздел 3. Обжалование дисциплинарных взысканий. Судебная практика

Ситуация 1
Н. в исковом заявлении указала, что приказом нанимателя от 6 июня незаконно уволена за прогулы по п. 5 ст. 42 ТК с 13 по 17 марта и с 20 по 23 марта. Считает, что отсутствовала на работе по уважительной причине. Она 12 марта подала нанимателю заявление о предоставлении части отпуска на 10 дней с 13 по 23 марта, поэтому на работу не выходила, а проходила лечение. Кроме того, нанимателем пропущен срок для увольнения. Просила восстановить на прежнее место работы.
Решением суда Н. в иске отказано.

КОММЕНТАРИЙ
При рассмотрении дела судом установлено, что Н. работала воспитателем в детском саду на условиях неполного рабочего времени на 0,5 ставки.
Приказом нанимателя от 6 июня она уволена с работы по п. 5 ст. 42 ТК прогулы, совершенные с 13 по 17 марта и с 20 по 23 марта.
Факт отсутствия в указанные дни на работе Н. не отрицала, однако полагала, что отсутствовала на работе по уважительной причине в связи с прохождением лечения, кроме того, считала, что на основании поданного заявления ей предоставлен отпуск.
Суд, рассматривая дело, пришел к выводу, что Н отсутствовала на работе без уважительной причины, т.е. совершила прогулы.
В соответствии с п. 5 ст. 42 ТК трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, а также срочный трудовой договор до истечения срока его действия может быть расторгнут нанимателем в случае прогула (в т.ч. отсутствия на работе более 3 ч в течение рабочего дня) без уважительных причин.
Согласно разъяснению, содержащемуся в постановлении Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 29 марта 2001 г. № 2 «О некоторых вопросах применения судами законодательства о труде» (далее - постановление № 2) прогулом также является самовольное использование дней отгулов, а также самовольный уход в отпуск (трудовой, социальный, основной минимальный или основной удлиненный, дополнительный и др.).
Из материалов дела усматривается, что 12 марта Н. передала нанимателю заявление о предоставлении ей части отпуска с 13 по 23 марта. Не дожидаясь решения по заявлению, не вышла на работу 13 марта. В предоставлении отпуска ей было отказано в связи с производственной необходимостью и в связи с тем, что в соответствии с графиком отпусков ей был запланирован отпуск с 1 июня. Об отказе в предоставлении отпуска Н. была извещена 12 марта по телефону и 13 марта письменно, что она не отрицала.
Несмотря на отказ в предоставлении отпуска, Н. к работе не приступила.
Суд также признал несостоятельными доводы Н. о том, что уважительность причины ее отсутствия на работе подтверждается медицинскими документами о прохождении лечения, поскольку освобождение от работы ей не выдавалось. Кроме того, Н. работала на 0,5 ставки, и график ее работы позволял ей проходить процедуры в свободное от работы время.
Срок привлечения Н. к дисциплинарной ответственности в виде увольнения не пропущен, т.к. после совершения прогула в период после 23 марта Н. находилась на больничном и в отпуске, а приступила к работе только 31 мая.
При таких обстоятельствах суд пришел к правильному выводу о том, что у нанимателя имелись основания для увольнения Н. по п. 5 ст. 42 ТК Республики Беларусь, порядок и сроки увольнения не нарушены.

Ситуация 2
В. обратился в суд с иском о восстановлении на работе и в заявлении указал, что работал на сельскохозяйственном унитарном предприятии «Б» водителем в центральном гараже, 12 мая уволен с работы по п. 7 ст. 42 ТК. Считая увольнение незаконным, поскольку в состоянии алкогольного опьянения он не находился, истец просил восстановить его на работе.
Решением суда в иске о восстановлении на работе отказано.

КОММЕНТАРИЙ
Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 37 постановления № 2, алкогольное, наркотическое или токсическое опьянение может быть подтверждено медицинским заключением и другими видами доказательств, в т.ч. актом, свидетельскими показаниями, которые должны быть оценены судом.
Судом установлено, что 5 мая в 15.40 В. был обнаружен на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения. Данное обстоятельство подтверждается актом, составленным 5 мая заместителем начальника участка охраны М., подписанным начальником участка охраны Р., инженером по охране труда К., докладной запиской Р. от 7 мая, показаниями названных лиц, допрошенных в судебном заседании в качестве свидетелей.
Так, свидетели в суде пояснили, что 5 мая в конце рабочего дня они проводили рейд по проверке соблюдения трудовой дисциплины. В 15 часов 40 минут было обнаружено, что в гараже истец спал возле автомобиля.
В гараж были вызваны начальник гаража Г. и исполняющий обязанности директора К. Истца сфотографировали мобильным телефоном, после чего разбудили. Присутствующими было установлено, что истец находился в состоянии алкогольного опьянения, К. дал указание составить необходимые документы.
По факту нахождения истца в состоянии алкогольного опьянения был составлен акт. Истцу было предложено пройти медицинское освидетельствование, однако он отказался, а также предложено дать объяснение, на что истец ответил, что напишет объяснение после выходных.
Суд дал надлежащую оценку показаниям указанных свидетелей, придя к выводу, что оснований не доверять их показаниям не имеется. Истец не отрицал того факта, что был обнаружен должностными лицами спящим на работе и сфотографирован.
При таких обстоятельствах суд пришел к правильному выводу о том, у нанимателя имелись основания для увольнения истца по п. 7 ст. 42 ТК.

Ситуация 3
Истец А. работал в организации в должности ведущего инженера-электроника на основании контракта. Приказом нанимателя от 24 августа он уволен с работы по п. 5 ст. 42 ТК. Считает увольнение незаконным, поскольку нанимателю о его отсутствии на работе в период с 26 февраля по 7 марта стало известно еще в мае этого года, поэтому нанимателем пропущен срок для увольнения его с работы. Истец просил суд восстановить его на работе, взыскать заработную плату за вынужденный прогул и компенсацию морального вреда.
В иске о восстановлении на работе отказано.

КОММЕНТАРИЙ
Согласно ст. 200 ТК дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения дисциплинарного проступка не считая времени болезни работника и (или) пребывания его в отпуске.
Днем обнаружения дисциплинарного проступка считается день, когда о проступке стало известно лицу, которому работник непосредственно подчинен.
При рассмотрении материалов о дисциплинарном проступке правоохранительными органами дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня отказа в возбуждении или прекращения уголовного дела.
Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее 6 месяцев, а по результатам ревизии, проверки, проведенной компетентными государственными органами или организациями, - позднее 2 лет со дня совершения дисциплинарного проступка. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу.
При рассмотрении дела судом было установлено, что истец в период с 26 февраля по 7 марта отсутствовал на работе и в подтверждение уважительности причины отсутствия на работе представил листок временной нетрудоспособности, который был выдан ему по уходу за больной дочерью, 21 марта и.о. начальника отдела в докладной записке на имя руководителя организации указал, что по имеющейся у него информации А. в период действия листка нетрудоспособности покидал пределы Республики Беларусь, в связи с чем не мог осуществлять уход за больной дочерью и просил провести служебное расследование. В тот же день наниматель потребовал от А. письменное объяснение причин отсутствия на работе, от чего А. отказался. Нанимателем 27 марта был сделан запрос в Главное управление пограничных войск, а также в управление здравоохранения для проверки правильности оформления и выдачи листка нетрудоспособности.
Государственным комитетом пограничных войск 13 апреля были представлены сведения о том, что А. пересекал границу Республики Беларусь с Республикой Польша 25 февраля (выезд) и 2 марта (въезд). Из комитета по здравоохранению 27 апреля исполкома нанимателю поступил ответ, из которого следовало, что листок нетрудоспособности по уходу за ребенком был выдан на имя А. в его отсутствие.
После этого наниматель обратился в прокуратуру Минской области и 14 июня в отношении А. было возбуждено уголовное дело по части первой ст. 380 УК (использование заведомо подложного документа, предоставляющего права и освобождающего от обязанностей). Приговором суда от 21 сентября А. признан виновным в совершении указанного преступления.
Обсуждая вопрос о сроках применения дисциплинарного взыскания в виде увольнения за прогул, суд пришел к выводу, что нанимателю 21 марта достоверно не было известно о том, что А. в период действия листка нетрудоспособности выезжал за пределы Республики Беларусь, поскольку об этом имелась лишь устная, ничем не подтвержденная информация. Проведение проверки, направление заявления в прокуратуру о возбуждении уголовного дела, возбуждение прокуратурой дела и направление его 24 августа в суд позволило нанимателю убедиться в том, что представленный А. листок нетрудоспособности с 26 февраля по 2 марта не является оправдательным документом отсутствия на работе. Получив информацию из правоохранительных органов, 16 августа наниматель 24 августа издал приказ об увольнении А. 6 сентября за прогул без уважительной причины, предварительно (23 августа) уведомив об увольнении А. профсоюзный комитет.
Поэтому суд пришел к выводу о том, что нанимателем соблюдены сроки применения дисциплинарного взыскания к А. в виде увольнения за прогул, в связи с чем его иск о восстановлении на работе удовлетворению не подлежит.

Ситуация 4
В заявлении суду Г. указал, что работал в УПТК ОАО грузчиком-стропальщиком. Приказом от 5 апреля он уволен по п. 5 ст. 42 ТК за прогулы без уважительных причин 17 и 18 марта. Увольнение считает незаконным, просит восстановить на прежнем месте работы.
Иск Г. удовлетворен.

КОММЕНТАРИЙ
Суд исходил из следующего. Прогулом является неявка на работу, на которую работник был переведен с соблюдением действующего законодательства. Пленум Верховного Суда в постановлении № 2 разъяснил, что отказ от выполнения работы при переводе, произведенном с соблюдением закона, признается нарушением трудовой дисциплины, а невыход на работу - прогулом. Однако не может быть признан прогулом отказ работника приступить к работе, на которую он был переведен с нарушением закона (п. 17 постановления № 2).
В соответствии с законом перевод на другую работу допускается только с согласия работника. При отсутствии согласия работника на перевод отказ от выполнения такой работы не является нарушением трудовой дисциплины. Не является прогулом и отказ работника от перевода на работу, которая противопоказана ему по состоянию здоровья, а также на работу, связанную с хранением материальных ценностей, за недостачу которых на него может быть возложена полная материальная ответственность.
При рассмотрении дела судом установлено, что приказом нанимателя от 16 марта на Г. возложено выполнение обязанностей составителя поездов на время отсутствия основного работника, находящегося в отпуске, т.е. Г. был переведен для выполнения другой работы в связи с производственной необходимостью.
Судом также установлено, что согласно Инструкции по охране труда, к работе составителя поездов допускаются лица, прошедшие специальное техническое обучение, имеющие соответствующее удостоверение, прошедшие медицинское освидетельствование, первичный инструктаж на рабочем месте, стажировку для обучения безопасным методам работы, проверку знаний по охране труда и имеющие квалификацию по электробезопасности.
В соответствии с Правилами обучения безопасным методам и приемам работы, проведения инструктажа и проверки знаний по вопросам охраны труда, утвержденными постановлением Министерства труда и социальной защиты Республики Беларусь от 30 декабря 2003 г. № 164, лица, замещающие временно отсутствующих работников, дополнительно проходят обучение и проверку знаний по вопросам охраны труда в объеме требований по замещаемым должностям (профессиям).
Г. обучение и проверку знаний по работе составителя поездов перед замещением отсутствующего работника не проходил, это не оспаривал представитель ответчика в судебном заседании. Поэтому суд пришел к выводу, что возложение на истца выполнения обязанностей отсутствующего работника, требующих специального обучения и допуска, произведены нанимателем без соблюдения этих правил, с нарушением трудового законодательства. В связи с этим отказ истца от выполнения работы составителя поездов 17 и 18 марта нельзя признать прогулом без уважительных причин.
При таких обстоятельствах суд удовлетворил иск Г. о восстановлении на работе и взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и возмещении морального вреда.

Ситуация 5
Т. обратилась в суд с иском о восстановлении на работе и в заявлении указала, что с сентября 2008 г. работала у ответчика на должности ведущего бухгалтера. Приказом от 20 января 2009 г. она уволена с работы по п. 5 ст. 42 ТК за прогулы, совершенные с 12 по 16 января 2009 г. Считая увольнение незаконным, т.к. прогулов она не совершала, а с устного разрешения руководителя организации находилась в отгулах, истица просила суд восстановить ее на прежнее место работы, взыскать заработную плату за время вынужденного прогула и компенсацию морального вреда.
Решением суда Т. в иске о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула отказано. Суд изменил дату увольнения с 20 января на 3 февраля 2009 г. и взыскал заработную плату за эти дни, а также взыскал компенсацию морального вреда в сумме 50 тыс. руб.

КОММЕНТАРИЙ
Решение суда мотивировано следующим. В соответствии с п. 5 ст. 42 ТК трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, а также срочный трудовой до истечения срока его действия может быть расторгнут нанимателем в случае прогула (в т.ч. отсутствие на работе более трех часов в течение рабочего дня) без уважительных причин.
Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 34 постановления № 2, прогулом также является самовольное использование дней отгулов.
Рассматривая дело, суд пришел к выводу о том, что у нанимателя имелись основания для увольнения Т. по п. 5 ст. 42 ТК. Установлено, что она 9 января 2009 г. на имя директора организации подала заявление о предоставлении ей отгулов за работу в выходные дни. Не дожидаясь принятия решения по ее заявлению, истица с 12 по 16 января 2009 г. отсутствовала на работе. Из материалов дела видно, что директором ПЧУП «К» было отказано в предоставлении отгулов в связи с тем, что истица не имела права на их предоставление, поскольку нанимателем к работе в выходные дни она не привлекалась. Выход на работу в выходные дни по собственной инициативе не влечет для нанимателя обязанности предоставления других дней отдыха. Факт подачи ею заявления о предоставлении отгулов не свидетельствует об уважительности отсутствия на работе, поэтому наниматель обоснованно признал отсутствие истицы на работе как прогулы.
Доводы о том, что директор ПЧУП «К» разрешил ей отсутствовать на работе, судом обоснованно отвергнуты, поскольку материалами дела не подтверждены. Истица не отрицала, что заявление о предоставлении отгулов положила на стол директора в его отсутствие.
Вместе с тем наниматель, имея основания для увольнения истицы, допустил нарушение порядка ее увольнения. Так, согласно ст. 46 ТК расторжение трудового договора по инициативе нанимателя (ст. 42, кроме п. 2 и 7) производится после предварительного, но не позднее чем за две недели, уведомления соответствующего профсоюза. Из материалов дела видно, что наниматель уведомил профсоюз об увольнении истицы 20 января 2009 г. и в этот же день произвел увольнение. Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 23 постановления № 2, при несоблюдении установленного законодательством срока уведомления (предупреждения) профсоюза, иного органа или работника о прекращении трудового договора (в частности, ч. 3 ст. 32, ч. 3 ст. 43, ч. 1 ст. 46 ТК), если работник не подлежит восстановлению на работе по другим основаниям, суд изменяет дату его увольнения с таким расчетом, чтобы трудовой договор был прекращен по истечении установленного законом срока уведомления или предупреждения. За период, на который продлен трудовой договор в связи с изменением даты увольнения, работнику взыскивается средний заработок по правилам, установленным ст. 244 ТК.
В соответствии со ст. 246 ТК в случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд вправе по требованию работника вынести решение о возмещении морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер морального вреда определяется судом.
С учетом того что при увольнении истицы был несвоевременно уведомлен профсоюз, что является нарушением порядка увольнения, суд обоснованно изменил дату увольнения, взыскал за этот период заработную плату и компенсацию морального вреда.

Ситуация 6
Решением суда Л. отказано в иске о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и морального вреда.

КОММЕНТАРИЙ
Решение суда мотивировано следующим. В соответствии с п. 5 ст. 42 ТК трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, а также срочный трудовой договор до истечения срока его действия может быть расторгнут в случае прогула (в т.ч. отсутствия на работе более 3 ч в течение рабочего дня) без уважительных причин.
Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 34 постановления № 2, судам следует учитывать, что по п. 5 ст. 42 ТК могут быть уволены работники в случае их отсутствия на работе без уважительных причин в течение всего рабочего дня либо более 3 ч в течение всего рабочего дня непрерывно или суммарно как на территории организации, так и на объекте вне территории организации, где они в соответствии с трудовыми обязанностями должны выполнять порученную работу.
Судом установлено, что истица Л. с 17 апреля 2008 г. работала в ООО «И» специалистом по рекламе на основании трудового договора, заключенного на неопределенный срок. Приказом нанимателя от 7 июля 2008 г. Л. была направлена в служебную командировку в г. Д. сроком на 5 дней с 7 по 11 июля 2008 г. для заключения договоров на размещение информации в городском справочнике «Д.». Из командировки истица возвратилась 10 июля 2008 г., 11 июля 2008 г. на работу не вышла. Данное обстоятельство признала в своей объяснительной от 17 июля 2008 г., указав, что уехала из г. Д. в четверг, т.к. в пятницу, 11 июля, у ее дочери был день рождения и она приехала на день раньше, чтобы отметить это событие и подготовиться к нему. Свидетель В., квартирантка истицы, проживающая в ее квартире, подтвердила, что Л. приехала из командировки 10 июля 2008 г., в этот же день ходила в кафе заказывать меню на праздник по случаю дня рождения дочери. В ночь с 10 на 11 июля 2008 г. истица ночевала дома, 11 июля праздновала день рождения дочери в кафе.
Судом обоснованно отвергнуты доводы истицы о том, что она приезжала в г. Минск 10 июля 2008 г. для организации дня рождения дочери, но в этот же день вечером возвратилась в г. Д., чтобы сдать номер в гостинице, и 11 июля 2008 г. выехала из г.Д. в г. Минск, что подтверждается билетом, приобретенным в кассе автовокзала г. Д. утром, поскольку эти доводы опровергаются письменным объяснением истицы от 17 июля 2008 г. и показаниями вышеназванного свидетеля.
Приказом от 14 июля 2008 г. истица вновь была направлена в командировку в г. Д. на 5 дней с 14 по 18 июля 2008 г. с той же целью. Из командировки она возвратилась 17 июля 2008 г. в дневное время, однако на работу до окончания рабочего дня не вышла. Данный факт подтверждается ее собственным объяснением от 17 июля 2008 г., которое она написала дома при посещении ее директором и заместителем директора ООО «И» в присутствии участкового милиционера. Установлено также, что в этот день примерно с 14.00 истица находилась на рынке «Ждановичи», решала вопрос с индивидуальным предпринимателем Р. о возврате приобретенной у него сумки, сделала запись в его книге замечаний и предложений. Данное обстоятельство подтверждается показаниями свидетеля Р., записью в книге замечаний и предложений Р.
Поэтому суд пришел к выводу о совершении истицей прогула 17 июля 2008 г. То обстоятельство, что в этот же день в 20.17 истица вызвала «скорую помощь» (ее госпитализировали в больницу в связи с гипертоническим кризом и ей был выдан больничный лист), не является основанием для непризнания совершения прогула, так временная нетрудоспособность наступила у истицы по окончани рабочего времени в организации.
При таких обстоятельствах наниматель имел основания для увольнения Л. за прогул, в связи с чем суд отказал в иске о восстановлении на работе.

Ситуация 7
К. обратился в суд с иском о восстановлении на работе и в заявлении указал, что работал в ООО «Э» слесарем по изготовлению и монтажу систем вентиляции. Приказом от 18 декабря он уволен с работы по п. 5 ст. 42 ТК за прогулы без уважительных причин. Увольнение считает незаконным, поскольку отсутствовал на работе по уважительной причине.
Иск о восстановлении на работе судом удовлетворен.

КОММЕНТАРИЙ
Доказывание уважительности причин отсутствия на работе возлагается на работника. Уважительность причины отсутствия на работе может подтверждаться соответствующими документами (больничный лист, справка лечебного учреждения, повестки в суд, милицию, прокуратуру, справка о нарушении работы транспорта и т.п.), а также иными средствами доказывания, например, свидетельскими показаниями.
При рассмотрении дела судом установлено, что в приказе об увольнении основанием для увольнения наниматель указал отсутствие истца на рабочем месте 6 ноября и 26 ноября без уважительных причин более 3 ч.
Как видно из представленных документов, К. 6 ноября с 9.00 до 10.00 находился в райвоенкомате. Оставшееся рабочее время К. на работе отсутствовал, оправдательного документа нанимателю не представил. При таких обстоятельствах суд пришел к выводу, что в этот день истец отсутствовал на работе без уважительных причин более 3 ч, что является прогулом. Однако нанимателем пропущен установленный законом срок для применения увольнения в качестве дисциплинарного взыскания. В соответствии со ст. 200 ТК дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения дисциплинарного проступка не считая времени болезни работника и (или) пребывания его в отпуске. Днем обнаружения дисциплинарного проступка считается день, когда о проступке стало известно лицу, которому работник непосредственно подчинен.
Из материалов дела усматривается, что об отсутствии истца на работе его непосредственному начальнику - мастеру З. стало известно на следующий рабочий день - 8 ноября. Мастером было затребовано у К. письменное объяснение, однако К. дал устное объяснение, указав, что находился в военкомате. В связи с изложенным суд пришел к выводу, что увольнение истца 19 декабря за прогул, совершенный 6 ноября, неправомерно, т.к. нанимателем пропущен срок для применения увольнения.
Что касается отсутствия К. на работе 26 ноября, то суд установил, что это отсутствие не является противоправным и виновным. В этот день истец должен был вместе с напарником выполнять работу в автопарке № 6, с которым нанимателем заключен договор на выполнение работ. Исследуя местонахождение истца в этот день, суд установил, что с 8.00 истец по направлению военкомата проходил медкомиссию в поликлинике, затем прибыл в военкомат, где находился до 13.00. С 13.00 до 14.00 он обедал дома. После обеда К. заехал на работу с целью взять необходимые инструменты, заходил к директору, который сказал ему дождаться мастера. После этого он снова уехал в военкомат. Факт нахождения истца в военкомате и обоснованность его пребывания там подтверждена повестками военкомата и показаниями свидетеля Ш., заместителя начальника отдела Фрунзенского РВК.
С учетом времени, необходимого на проезд от военкомата до офиса, суд пришел к выводу, что истец отсутствовал на работе менее 3 ч, в связи с чем его отсутствие нельзя считать прогулом и увольнение по п. 5 ст. 42 ТК за отсутствие на работе 26 ноября является незаконным.
В связи с тем что за дисциплинарный проступок, имевший место 6 ноября, ответчик пропустил срок для применения дисциплинарного взыскания, а 26 ноября прогул не имел места, суд признал увольнение истца незаконным.

В раздел "Полезная информация"...